Сгоревшие склады Wildberries: сколько потеряли продавцы, что изменилось в оферте и что стало с людьми, которые там работали

С 18 июля 2026 года логистические центры Wildberries стали регулярной целью атак беспилотников. За две недели пострадали объекты в Тамбовской и Московской областях, Краснодарском и Ставропольском краях, Воронеже, Ленинградской области и Петербурге, Крыму, Удмуртии, Рязани и Пензе. Восемь человек погибли, десятки получили ранения, из оборота выведено около 8% складских мощностей крупнейшего маркетплейса страны.

Отдельный сюжет внутри этой истории связан с деньгами. За одиннадцать дней до первой атаки Wildberries обновил оферту для продавцов и прямо включил последствия применения беспилотников в перечень обстоятельств, за которые площадка ответственности не несет. Формально это освободило маркетплейс от обязанности возмещать сгоревший товар. Фактически компания начала добровольные выплаты, но их размер вызвал у предпринимателей вопросы.

Хронология: что и когда горело

1. 18 июля, ночь. Беспилотники атаковали распределительные центры в Котовске Тамбовской области и в подмосковной Электростали. Оба комплекса загорелись, склад в Электростали выгорел полностью.
2. 22 июля, ночь. Удары по логистическим центрам в Краснодаре и Невинномысске.
3. 23 июля. Повреждена кровля склада в Воронежской области.
4. 24 июля, утро. Загорелись объекты в Шушарах под Петербургом и в Новосаратовке Всеволожского района, а также в Симферополе.
5. 25 июля. В Екатеринбурге начался пожар на парковке рядом со складом, людей эвакуировали, сам комплекс не пострадал.
6. 27 июля. Эвакуация объектов в Сарапуле и Ижевске без повреждений.
7. 29 июля. Эвакуация склада в Рязани.
8. 30 июля. Пожары в Пензе и Сарапуле.

Суммарная площадь пораженных объектов, по данным DOXA, составляет около 552 тысяч квадратных метров, то есть примерно 10% всей логистической инфраструктуры Wildberries. Из них 444 тысячи квадратных метров, около 8% мощностей, временно выведены из эксплуатации.

Масштаб потерь: почему оценки расходятся в пять раз

Официальной суммы ущерба компания не называла. Экспертные оценки разошлись очень широко, и это само по себе показательно: рынок не располагает данными о том, сколько товара реально хранилось на конкретных складах в конкретную ночь.

• Умеренная оценка: «Ведомости» говорили примерно о 50 млрд рублей по итогам первых ударов.
• Оценка Umbrella Consulting Group: около 100 млрд рублей.
• Оценка Data Insight, которую приводит Meduza: на складах в Московской и Тамбовской областях хранилось товаров на 150-235 млрд рублей, что сопоставимо с годовой чистой прибылью Wildberries.
• Потери по Краснодару и Невинномысску «Московские новости» оценивают в 100-120 млрд рублей при условии полной загрузки складов.

Важно разделять два вида ущерба. Первый касается самого маркетплейса: это здания, стеллажи, конвейеры, сортировочное оборудование. По оценке «Московских новостей», восстановление потребует 24,5-33 млрд рублей и займет до полутора лет; DOXA приводит близкую цифру в 35,5 млрд рублей на строительство аналогичных площадей без оборудования. «Коммерсантъ» оценивает прямые потери компании в 20-40 млрд рублей.

Второй вид ущерба несут продавцы, и он на порядок больше. Товар на складе принадлежит селлеру до момента продажи, поэтому основная масса убытков легла именно на предпринимателей. Для сравнения: оборот Wildberries в 2025 году составил 6,1 трлн рублей при прибыли около 175 млрд рублей.

Оферта №98: как изменились правила за одиннадцать дней до первой атаки

Это ключевой юридический сюжет всей истории.

До 6 июля 2026 года действовала оферта №97. В ней пункт 11.3.4 на странице 43 обязывал Wildberries возместить продавцу реальный ущерб при утрате товара, за исключением обстоятельств непреодолимой силы. Беспилотники в тексте не упоминались.

7 июля вступила в силу оферта №98. Как обнаружил телеканал «Дождь», в раздел 11.3.4.1 «Компенсация утраченных и поврежденных товаров» на странице 47 добавили шестой пункт. Он освобождает маркетплейс от ответственности за убытки, вызванные «любыми последствиями применения, воздействия, падения, запуска или срабатывания вооружений, военной техники, летательных аппаратов (включая БПЛА)». Разбор формулировок и постраничное сравнение двух версий документа опубликовал CNews.

Хронологический контекст важен для понимания решения. 16 июня 2026 года обломки беспилотника упали на логистический комплекс Wildberries в Электростали. Пресс-служба тогда не подтвердила прямое попадание в склад, но через три недели формулировка про БПЛА появилась в договоре. Первая разрушительная атака произошла 18 июля, то есть уже после вступления новой редакции в силу.

Сам маркетплейс назвал правку «уточняющим характером» изменений, отражающим «общепринятую рыночную практику». Это утверждение подтверждается фактами: Wildberries действовал в общем тренде, а не в одиночку.

• Ozon внес аналогичные изменения в свою оферту 12 июня 2026 года.
• Wildberries сделал это 7 июля.
• «Яндекс Маркет» завершил правку 20 июля, уже после первых ударов. Формулировка почти дословно совпадает с редакцией Wildberries, о чем написал The Moscow Times.
• Lamoda выбрала другой путь и подтвердила выплату 20% стоимости товара при любом форс-мажоре, включая атаки беспилотников.

Юристы при этом расходятся в оценке значимости самой правки. Юрист Галина Гамбург в комментарии «Фонтанке» отмечает, что даже без специального пункта в договоре работали бы общие нормы Гражданского кодекса: профессиональный хранитель не отвечает за гибель товара из-за обстоятельств, которые он не мог предвидеть и предотвратить. С этой точки зрения новая редакция закрепила то, что и так следовало из закона.

Противоположный довод приводят эксперты, опрошенные Тинькофф Журналом: позиция маркетплейса в судах может оказаться уязвимой, поскольку после июньского инцидента в Электростали компания имела основания усилить защищенность объектов. Если суд сочтет, что риск был предвидим, конструкция непреодолимой силы разрушается.

Отдельный юридический нюанс касается тех, кто уже получил деньги. Адвокаты предупреждают, что принятие добровольной выплаты способно затруднить последующее требование полного возмещения ущерба. Юрист Сона Нанян в комментарии «Московским новостям» формулирует условие успеха в суде так: «Шанс выиграть есть, если продавец убедительно доказал факт утраты и размер ущерба».

Также важно, что классические полисы страхования грузов и товаров на складе, как правило, исключают теракты и воздействие средств поражения. Именно поэтому подавляющее большинство селлеров оказались без страховой защиты.

Голоса продавцов: конкретные цифры

Потери от сотен тысяч до миллионов

Михаил Пахомов, издательство настольных игр Cosmodrome Games, потерял до 10 млн рублей: «Верхняя граница нашей оценки потерь до 10 млн рублей». На сгоревшем складе находилось «порядка 75% всех наших остатков на этом маркетплейсе». О страховке он говорит прямо: «Застраховать эти запасы у нас не было возможности».

Алина Ларина, производитель одежды, потеряла около 3 млн рублей: «Сгорело 3 500 единиц продукции примерно на 3 млн рублей». Про страховку: «Товар мы не страховали, как и многие».

Михаил Болдырев, чайный бренд Tea Leaf, потерял около 2 млн рублей. Его товар был закуплен на заемные деньги самого маркетплейса. О прошлом опыте компенсаций он рассказывает так: «Примерно через год компенсация появилась в личном кабинете, но получить ее до сих пор невозможно». О планировании: «Горизонт планирования сократился до нескольких месяцев». И о состоянии предпринимателя после нескольких кризисов: «Кожа уже стала толстой».

Елена Наумова, Granola.Lab, лишилась запасов примерно на 1 млн рублей: «У нас там было запасов на сумму около миллиона рублей». И добавляет: «Мы товар не страховали».

Александр Настин, бренд «Настин Сластин», потерял 3-4 тысячи единиц товара на сумму от 600 до 960 тысяч рублей. Сгоревший склад обеспечивал «около 50-60% наших заказов», что смягчилось только за счет летнего низкого сезона.

Ира Белова, бренд Alvion, потеряла относительно немного: «Потери оценили примерно в 250 000 рублей, это всего 35 щеток, шесть ирригаторов».
Источник: Тинькофф Журнал

Владимир Корнаущенко оценил ущерб в 2,5 млн рублей и решил остаться на площадке: «Продолжим развиваться на маркетплейсах: пока только этот формат нам идеально подходит».

Мадина Ваниева, бренд Getoni, потеряла около 1,5 млн рублей: «Пока главная задача остаться на плаву и иметь хотя бы минимальную прибыль». О тактике на ближайшее время: «Ждем, пока все утихнет».

Артём Дзигуненко, бренд «Зельевар», потерял 1 500 единиц товара примерно на 1 млн рублей. Его вывод: «Я и раньше думал, что товар стоит застраховать».

Елизавета Якина, проект «Делись светом», потеряла около 800 тысяч рублей и описывает новую рутину: «Утро начинается с фиксации ущерба и остатков».

Елизавета К. оценила потери в 302 тысячи рублей и описала задачу так: «Спасти хотя бы какую-то часть своего капитала задача-максимум».

Анна Старостина, «Раменские ириски», потеряла около 200 тысяч рублей: «У нас пострадало 170 с небольшим единиц товаров, это около 200 тысяч рублей». Ее комментарий выделяется тем, что говорит не только о деньгах: «Больше жалко не денег, а ту частичку тепла и любви, которую мы вложили в наборы».
Источник: Точка

Любовь Орлова, продавец из Стерлитамака, потеряла около тысячи единиц товара: «Около тысячи единиц товара. В деньгах это примерно 700 тысяч рублей». Она же сформулировала ожидание рынка по компенсациям: «Справедливая компенсация хотя бы 30% стоимости товара». И оценила распространенность проблемы: «Практически каждый селлер, работающий с маркетплейсом, держал товары в Электростали. Кто-то на тысячи, кто-то на десятки и сотни миллионов рублей».
Источник: Е1.ру

Евгения Кобелькова, продавец из Алтайского края, оценила потери в 7 млн рублей: «На этих складах у нас сгорело около девяти тысяч единиц товара. Их себестоимость примерно семь миллионов рублей. У всех селлеров, с которыми мы общаемся, пострадала продукция. У некоторых потери составляют десятки миллионов». При этом она отмечает, что компания платит: «Wildberries пытается нам выплачивать. Хотя бы за это спасибо».
Источник: amic.ru

Долговая нагрузка и цепочка обязательств

Часть предпринимателей столкнулась с тем, что сгоревший товар был куплен на заемные деньги, а обязательства перед сотрудниками и подрядчиками остались.

Анастасия, владелица магазина одежды, описывает момент осознания: «В момент, когда я прочитала, что горит склад в Электростали, я уже осознавала, что все мои остатки по бизнесу просто уничтожены». И дальше о последствиях: «У меня каждый проданный лонгслив и костюм на счету. Я вхожу в долговую яму перед сотрудниками, арендодателями, кредиторами и налоговой».

Яна, селлер: «Сегодня сгорел склад, на котором находился почти весь мой товар. Очень больно осознавать, что все, что ты строила несколько лет, можно потерять в один момент».

Диана, основатель магазина одежды, сформулировала связь между офертой и своей ситуацией: «За 10 минут сгорел бизнес, который мы строили годами. Никто не будет возвращать убытки за этот товар, потому что недавно мы подписали оферту, что в случае атаки беспилотников все риски ложатся на нас».
Источник: ИЖ1.ру

Отдельный фактор усилил удар: атака пришлась на период закупок к школьному сезону. Многие продавцы к концу июля уже сформировали запасы под 1 сентября, часто в кредит.

Есть и другой опыт, который формирует ожидания рынка. Предприниматель Денис Вдовин напомнил, что после пожаров на складах в Шушарах и Истре в 2024 году Wildberries «вернул все до копейки».
Источник: Фонтанка

Как считают компенсации: механика «симулятора продаж»

22 июля основательница компании Татьяна Ким объявила о начале выплат. Приоритет отдан малому бизнесу: «В первую очередь нам важно поддержать самых маленьких и наименее защищенных предпринимателей, их более 88 000». Ранее она обозначила позицию так: «Несмотря на чрезвычайную ситуацию и отсутствие обязанности компенсировать утраченный товар, мы уже прорабатываем объемы выплат продавцам».

Механика построена на «симуляторе продаж»: система рассчитывает, как уничтоженный товар продавался бы дальше, с той же скоростью, ценами и скидками, и переводит деньги траншами. Сроки, по данным «Московских новостей», такие: начисления пошли с 22 июля, вывод средств открывается 10 августа, перечисление завершится не позднее 19 августа.

Именно размер первых траншей стал главной претензией продавцов.

Первые три строки взяты из материала Meduza, три последние из публикации DOXA.

Помимо денежных выплат маркетплейс объявил пакет нефинансовых мер:

• скидка 50% на хранение на ряде складов сроком на 45 дней со дня поставки;
• скидка 100% на транзитные поставки в региональные склады;
• перенос поставок на соседние склады без повышения комиссии;
• отсрочка погашения долга до шести месяцев для малого и среднего бизнеса от WB Банк;
• кредитные каникулы на три месяца от WB Банк и WB Финанс;
• льготные кредиты на восполнение запасов.

Подключились и внешние банки. ВТБ предложил реструктуризацию кредитов с отсрочкой основного долга и процентов, Сбербанк, по данным «Московских новостей», получил около 300 заявок на реструктуризацию на общую сумму 1,8 млрд рублей.

Параллельно возникла техническая проблема, которую зафиксировала «Вёрстка»: продавцы из Тульской области, Подмосковья, Краснодарского края и Татарстана не смогли вывезти уцелевший товар с работающих складов. Система выдавала сообщение «Пункт выдачи перегружен». Один из селлеров описал свою проверку: «Сначала подумал, что и правда пункт выдачи не сможет вместить 100 товаров, которые я добавил на возврат. Но потом пробовал менять пункты выдачи: перепробовал около 20 вариантов». Он дошел до точки лично: «Я сходил в него, проверил. Сотрудники сказали, что ограничений и переполненности пункта нет, все работает в стандартном режиме. Пункт загружен меньше чем на половину». Вывод продавца: «Получается официального запрета нет, компания может списать на ошибку сайта и прочее. Но по факту товар вернуть нельзя». Официально об ограничениях Wildberries не сообщал.

Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков назвал ситуацию «непростой» и отметил, что правительство находится «на связи с компанией», без конкретики по мерам господдержки.

Люди, которые за один день остались без работы

Эта часть истории обсуждается меньше, хотя количественно затронула больше людей, чем потери селлеров.

Сколько человек работало на складах

По данным «Важных историй», на складе в Электростали трудились около 8 тысяч человек, в ночную смену меньше. На краснодарском объекте, который юридически оформлен как ООО «ВБ Кубань», по данным «Коммерсанта», работают 647 человек.

Ключевая проблема: форма трудовых отношений

Большинство работников складов оформлены по договорам гражданско-правового характера, а не по трудовым договорам. Это определяет объем гарантий при остановке работы.

Юрист Екатерина Бурнос в комментарии «Коммерсанту» квалифицирует происходящее как простой, то есть временную приостановку работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера. Из этого следует разный статус двух групп людей:

1. Работники по трудовым договорам. Простой по причинам, не зависящим ни от работодателя, ни от работника, оплачивается «в размере не менее двух третей тарифной ставки, должностного оклада, рассчитанных пропорционально времени простоя». Работодатель обязан составить акт простоя и уведомить службу занятости и профсоюз.
2. Работники по ГПХ. По словам Бурнос, «такие гарантии отсутствуют, если они не указаны в договоре», что «несомненно, нарушает права таких сотрудников».

Юрист прогнозирует рост исков о признании отношений трудовыми. По ее данным, в 2026 году в краснодарские суды уже поступило 27 таких исков, один удовлетворен, и ожидается массовая подача.

Позиция компании: 20 июля Wildberries сообщил, что работники логистических центров сохранят привычный уровень выплат при эвакуации и вынужденной остановке работы. На вопросы «Коммерсанта» о сохранении трудовых договоров и выплате зарплаты в конкретной ситуации представители маркетплейса не ответили.

Что говорят сами работники

Работники Электростали рассказали МСК1.ру об атмосфере на складе до атаки и после. О коллективе: «Мы все жили как одна большая семья». О готовности выходить на смены дальше: «Уже нет сколько, четырех складов? Страшно». Об эвакуации: «Через громкоговоритель кричали "Сдайте ТСД!". Ни где раненые, ни помощь их не интересовали». О внимании к пострадавшим: «Представители высшего руководства даже не поинтересовались, как он себя чувствует». О состоянии друга: «Наш друг попал под обломки и сейчас лежит в реанимации, разрывы правого плеча, ноги, ладони».

Похожие описания эвакуации собрали «Важные истории»: толкучка на лестницах при выходе с шестого и седьмого ярусов, неоткрывшиеся автоматически погрузочные ворота десятого блока, узкие турникеты, через которые одновременно пытались пройти 20-30 человек. Издание также сообщило, что как минимум девять сотрудников перестали выходить на связь после атаки, их телефоны остались в шкафчиках. О поддержке один из работников сказал: «Wildberries просто спросил: вы живы или нет? Никакой поддержки, компенсаций, психологической помощи. Люди без документов».

Wildberries эти обвинения опроверг, заявив, что на объектах регулярно проводятся эвакуационные учения.

Компания объявила выплаты семьям погибших по 2 млн рублей и пострадавшим в тяжелом состоянии по 1 млн рублей. По данным МСК1.ру, суммарно направлено более 26 млн рублей прямой поддержки. Следственный комитет возбудил уголовное дело о террористическом акте.

На следующий день после удара по Электростали компания начала перераспределять сотрудников по другим складам. Часть людей согласилась на переезд в другие города, часть, по сообщениям изданий, к поиску новой работы пока не приступила из-за пережитого.

Отдельную дискуссию вызвало быстрое возобновление ночных смен на уцелевших объектах, несмотря на продолжающиеся атаки.