Шесть лет назад бизнес леди вкладывала зарплату промышленного дизайнера в эксперименты с мицелием и 95% первых изделий отправлялись в брак. Сегодня SPAWN занимает мануфактуру площадью 400 кв.м, в компании работают 25 человек, а общий объем привлеченных средств достиг 51 млн рублей. Компания выпускает интерьерные объекты из мицелия и готовится выйти на рынок строительных материалов. Редакция HF.ru сделала выборку самых интересных моментов из выпуска на канале «Большой человек».
Самую свежую и более подробную информацию про бизнес и все, что с ним связано, можно узнать из нашего Telegram-канала.
Расскажите о вашей компании.
До SPAWN у меня собственного бизнеса не было. Компания производит предметы из мицелия грибов. Мы единственная мануфактура полного цикла такого типа в России и одна из трех в мире. Аналогичные проекты есть в США и Нидерландах.
Как появилась идея?
Работая в индустрии, я увидела, сколько мусора возникает еще на этапе производства: обрезки, упаковка, остатки краски, брак. Основное загрязнение происходит не от того, что мы выбрасываем в мусорку, а в производственной цепочке, пока изделие даже не доехало до клиента.
Я устроилась на год в Голландию на проект с похожими ценностями. Там делали материал из отходов керамики и кофе. Мне нужно было разработать коллекцию изделий из этого материала — аромакомплект для дома, подставки под свечи и масла. После этого захотелось сделать что-то свое. В Петербурге мы с коллегами экспериментировали, в том числе пробовали перерабатывать ненужные картины художников в бумагу. У одного мастера за месяц может накопиться около 20 килограммов таких работ.
С каких денег стартовали?
Со своих. К тому моменту я уже зарабатывала как промышленный дизайнер 150–200 тысяч рублей в месяц. Комнату снимала за 10–12 тысяч, остальное могла направлять в проект.
С 2020 по 2023 год мы вкладывали мои деньги в разработки, подавали заявки на гранты, работали сами, с приглашенной командой или волонтерами. Юридическое лицо открыли только в 2023 году. За это время собственных вложений накопилось больше 6 миллионов рублей. Грантов удалось привлечь всего 120 тысяч. При этом была государственная поддержка: 750 тысяч от Сбера в акселераторе в 2022 году и 5 миллионов призовых от Агентства стратегических инициатив после доклада перед президентом в 2023-м. Эти деньги полностью ушли в оборудование.
Как перешли от экспериментов к полноценному производству?
Сначала собрали небольшую лабораторию на мои средства. Потом стало тесно — в ней невозможно было делать даже крупные вазы, не говоря уже о мебели. Мы взяли годовой контракт на разработку для международной компании, которая позже ушла из России. Нужно было понять, как с помощью грибов перерабатывать косметические маски в сувениры и мебельные элементы. Параллельно продавали небольшие изделия — подставки под кальяны, сувенирную продукцию, иногда небольшими партиями бизнесу.
Эти деньги позволили начать собирать опытный цех. В 2023–2024 годах упаковали проект как инвестиционный и начали привлекать деньги через продажу доли. Доля была небольшой, контрольный пакет остался у меня. Через выступления, в том числе при поддержке АСИ, за год привлекли инвесторов. На текущий момент от инвесторов пришло 40 миллионов рублей. В сумме с предыдущими вложениями и поддержкой речь идет о привлеченных 51 миллионе.
На что пошли эти деньги?
Запуск мануфактуры полного цикла. Раньше был цех 60 квадратных метров — пилотная линия. Сейчас 400 квадратных метров, полноценная сборка и комплектация, новое оборудование, часть которого сделали сами. Появилась возможность производить любые крупногабаритные вещи качественно и в срок.
Параллельно вложились в разработку строительных материалов. Это будет отдельный бренд: теплоизоляция, звукоизоляция, облицовочные панели и аналог ДСП/ЛДСП. Материал получился менее горючим, чем привычные аналоги. Сейчас идет финальное тестирование. Для интерьерных изделий себестоимость высокая из-за ручного труда. Стройматериалы — массовый продукт, себестоимость снижается с ростом объема. Ориентир по цене — уровень российского рынка, возможно, сделаем дешевле под спрос во Вьетнаме и Индии.
Чем отличаются интерьерные изделия и стройматериалы?
Интерьерные вещи — коллекционные. Тираж до 100 экземпляров, каждое пронумеровано, выдается паспорт объекта. Коллекции обновляются раз в полгода, старые закрываем. Много ручной работы, мастера контролируют каждый элемент. Арт-объекты выпускаются в 1–3 экземплярах.
Сейчас в каталоге в основном вазы, зеркала, панно, столы. Стулья делаем под заказ. К ноябрю готовим кресло в виде змеи Уроборос — выдерживает до 180 килограммов, цена 1,5 миллиона рублей, единственный экземпляр, открытие коллекции «Александрия».
Стройматериалы — другая история. Там оборудование работает с минимальным участием человека: разлило, поставило на полку, сняло. Большие тиражи, ниже себестоимость.
Где сейчас продаете и как устроена технология?
Сегодня мы на поп-апе петербургского сувенира в Невском центре. Здесь вазы, арт-объект в виде кокошника, новогодние сувениры и декоративные элементы. Проект реализован при поддержке фонда развития МСП и комитета по промышленности Санкт-Петербурга.
Технология принципиально отличается от ранних экспериментов. Мы ничего не режем. Мицелий в жидком виде заливается в многоразовую форму, за пять дней прорастает и твердеет без клеев и связующих. Получается готовый органический материал, похожий на дерево, но созданный внутри производства. Процессы роста останавливаем — изделие больше не растет, как срубленная береза. Гнить может, как любое дерево, поэтому для улицы нужно дополнительное защитное покрытие, для дома достаточно матового лака.
Раньше использовали вторичное сырье. Для интерьерных изделий от него отказались — рынок пока не готов. В стройматериалах вторичное сырье оставляем, особенно под запросы из Вьетнама и Индии.
Сколько человек в команде?
Сейчас 25 человек.
Какие планы по масштабированию и экспорту?
По стройматериалам ведем переговоры с Вьетнамом и Индией. Там интерес выше, чем в России. Сейчас получаем сертификацию и финализируем технологические карты. После этого будем адаптировать процессы под местные условия — климат, менталитет рабочих. Есть инвестор, готовый профинансировать открытие производства на месте.
Интерьерное направление хотим масштабировать и вывести на международный рынок. Выставки для нас важны: дизайн, арт, иногда бизнес-форумы. В следующем году планируем впервые попасть на «АртДом».
Если резюмировать, в чем главная бизнес-логика SPAWN?
Мы создаем материал, которого раньше не было в таком качестве и в полном цикле. Интерьерные изделия — нишевый эксклюзив с высокой добавленной стоимостью и ограниченным тиражом. Стройматериалы — путь к масштабу и более широкому рынку, в том числе экспортному.
Дальше — рост обоих направлений и защита технологического преимущества, которое нарабатывали с нуля.
Мнение предпринимателей субъективно и не всегда совпадает с мнением редакции.
Хотите рассказать о бизнес-опыте — пишите в Телеграм @f_hopes_and_fears или на почту d.bachurina@hf.ru.
Бесплатный подбор франшизы! Ежедневный розыгрыш!Перейти
Какой бизнес открыть с минимальными вложениями: ТОП-75 актуальных бизнес идей 2025 года с быстрой окупаемостьюПерейти
Поиск тендеровТендерпланПерейти916 сервисов
Какие франшизы пользуются большим спросом в 2026 годуПерейти
